Отрывок из книги М. Энде «Бесконечная книга»

Бастиан наконец достиг Живой Воды с помощью своих друзей – Атрейо и дракона Фалькора.

- Теперь Вода спрашивает, - продолжал Фалькор, - готов ли Бастиан?

- Да, - громко сказал Атрейо. - Он готов.

В то же мгновение огромная голова Черной Змеи начала медленно подниматься, не выпуская из пасти хвоста Белой Змеи. Могучие тела их изогнулись и образовали высокие ворота - одна половина черная, другая белая.

Атрейо провел Бастиана за руку через эти зловещие ворота к роднику. И только теперь он открылся им во всей красе и величии. Фалькор шел за ними следом. И, пока они шли, Бастиан с каждым шагом терял один за другим все чудесные дары Фантазии. Из красивого, сильного, бесстрашного героя он снова превратился в маленького, полного, боязливого мальчика. Даже его одежда, от которой там, у Йора, в Руднике Минроуд остались одни лохмотья, теперь окончательно исчезла.

Так и стоял он, босой и нагой, перед большим золотым кругом, в середине которого била фонтаном Живая Вода. Она казалась высоким хрустальным деревом. В это последнее мгновение, когда Бастиан уже утратил все свои фантастические дары, но еще не обрел вновь воспоминания о своем Мире и о себе самом, он почувствовал полную растерянность: он больше не знал, к какому Миру принадлежит и существует ли на самом деле.

Но тут он просто прыгнул в кристально прозрачную воду, окунулся, перевернулся, фыркнул, обрызгал себя и, широко раскрыв рот, стал ловить сверкающую струю золотого дождя.

Он пил и пил, пока не утолил жажду. Радость переполняла его – радость жить и быть самим собой. Потому что теперь он снова знал, кто он такой и к какому Миру принадлежит. Он родился заново. И самое прекрасное было то, что теперь он хотел быть именно тем, кем он был. Если бы он мог выбирать из бесчисленных возможностей, он выбрал бы только эту одну. Теперь он знал: в мире есть тысячи тысяч радостей, но, в сущности, все они - одна-единственная радость: радость любить. Любить и радоваться - это одно и то же.

И потом, много лет спустя, когда Бастиан давно уже возвратился в свой Мир, когда он стал взрослым и даже старым, его никогда не покидала эта радость. В самое тяжелое время радость эта жила в глубине его сердца, и заставляла его улыбаться, и утешала других людей».

***

После этого Бастиан вновь обрел память и узнал, что должен вернуться в мир людей, и принести Живую Воду своему отцу (как Один тайну рун – людям). Вот и источник Урд, в котором человек может вновь обрести судьбу, принеся для этого жертву (расстанется, как Бастиан, со всеми дарами и иллюзиями Фантазии, или на девять дней и ночей приколет себя копьем к Мировому Колу, как Один).



В этой истории даже вид фонтана Живой Воды не случайно напоминает хрустальное дерево – Мировое Древо Иггдрасиль.

Ключевые слова: сосна, тис, защита. Происходят от позднего скандинавского Yr (сосна), британского Eoh (тис), готского Eiws (Eihwas) – «защита».

Эйваз – руна прибоя, возвращения домой. Тис – дерево, священное для скандинавов. Славно оно тем, что достигает самого преклонного возраста среди прочих деревьев и, даже будучи уже совершенно дряхлым, способно вдруг пускать из своего нутра молодые побеги и продолжать расти. Тис выделяет эфирные масла, изменяющие состояние сознания и способствующие шаманским путешествиям между мирами. Это функционально роднит тис с древом Иггдрасиль. Иггдрасиль дословно значит, скакун Игга, значит, оно является транспортным средством. Из литературного наследия нордов известно, что Иггдрасиль это дерево, вобравшее в себя свойства самых различных деревьев, некое универсальное древо, в котором присутствуют и свойства священного тиса. Послушаем же, что нам сообщает о ясене Иггдрасиль прозаическая Эдда Снорри Стурлуссона: «Тот ясень больше и прекраснее всех деревьев. Сучья его простерты над миром и поднимаются выше неба. Три корня поддерживают дерево, и далеко расходятся эти корни. Один корень — у асов, другой — у инеистых великанов, там, где прежде была Мировая Бездна. Третий же тянется к Нифльхейму, и под этим корнем — поток Кипящий Котел, и снизу подгрызает этот корень дракон Нидхёгг. А под тем корнем, что протянулся к инеистым великанам, — источник Мимира, в котором сокрыты знание и мудрость. Мимиром зовут владетеля этого источника. Он исполнен мудрости, оттого что пьет воду этого источника из рога Гьяллархорн. Пришел туда раз Всеотец (Один) и попросил дать ему напиться из источника, но не получил он ни капли, пока не отдал в залог свой глаз.



…Под тем корнем ясеня, что на небе, течет источник, почитаемый за самый священный, имя ему Урд. Там место судбища богов. Каждый день съезжаются туда асы по мосту Биврёст. Этот мост называют еще Мостом Асов». («Младшая Эдда»).

В Старшей Эдде, однако, о корнях сказано несколько иначе. Один из корней в Нифльхейме, царстве мертвых, и под ним источник – Кипящий Котел. Два других – у великанов и людей. У великанов – источник Мимира, источник мудрости, а у людей – стало быть, источник Урд, источник судьбы, место судбища богов. Нам известно, что Один появился тогда, когда еще не было не было земли и моря и неба. Он с братьями создал землю, море и небо – из тела убитого ими великана Имира. Но тогда уже был Нифльхейм, а, значит, и источник Кипящий Котел. Один, как и все возникшее к этому времени – порождение Кипящего котла. Он его уже знает, этот мрачный, но исток жизни, зарождения всего сущего. Дальше из младшей и старшей Эдды мы узнаем о том, что Один познал тайну следующего источника - Мимира. Для того, чтобы испить один глоток чудесной воды, Один оставляет в залог свой глаз. С тех пор глаз остается в источнике Мимира, а Один окривел, приобрел асимметрию облика, метку Нави, нижнего мира мертвых. Остается еще один источник, источник Урд, тайну которого предстоит постигнуть Одину.

Нам известно из эддического наследия, что Один однажды принес себя в жертву самому же себе, пронзив себя копьем и пригвоздив к Иггдрасилю, оседлав межмирного скакуна, чтобы обрести тайну рун. Согласно древним текстам, руны резали норны, живущие возле источника Урд и поливающие его водами Древо Мира. Обозначается связь между норнами, источником Урд и рунами. Тайны источника Урд (судьбы) и рун связаны между собой, возможно, представляют собой одно и то же.

Один, отправляя сына Бальдра в последний путь, шепнул ему на погребальном костре что-то о рунах. Об этом вёльва не говорит. Однако налицо зарождение новой жизни после Рагнарека и появление зловещего дракона Нидхёгг, как властелина этого мира. Какова будет дальнейшая судьба юного мира и юного бога? Об этом ничего не известно нам, потомкам. Ни эддическое, ни скальдическое литературное наследие не сообщает об этом. Вёльве пора было исчезнуть. Поэтому дальнейшее повествование будет попыткой реконструкции информационного провала, фантазией чистейшей воды (хорошо бы, Живой Воды).

Только источник Урд, только руны могут поведать эту тайну. Но рухнул Иггдрасиль, не выдержавший борьбы с драконом, подгрызавшим его корни. Землю поглотило море. Но восходит юная дочь проглоченного волком Солнца в голубое глубокое небо, и земля показывается из-под воды, и двое людей, мужчина и женщина, улыбаются друг другу, напившись росы в священной роще. Из обломка священного древа показался юный побег, наполняясь силой воды всех трех источников: мертвой воды Кипящего Котла, мудрой воды источника Мимира и живой воды источника Урд. Стремительно растет юный Иггдрасиль, вновь пронизывая и соединяя обновленные миры. И юный Один-Бальдр повторяет жертву отца, выполняет его последний завет – постичь тайну рун, чтобы постигнуть тайну темного чудовища и спасти юный мир, пронзает себя копьем и вешает на Иггдрасиле. Мало убить внешнее чудовище, надо не пожалеть чудовища в себе. Чтобы одолеть его в последней схватке, чтобы новый мир успешно прошел свои родовые пути и обрел законное право на существование.

Формулировка «принес себя в жертву самому себе» комментируется А. Платовым в книге «Магические искусства древней Европы» на примере славянской былины про бой на Калиновом мосту над речкой Смородиной. Иван Быкович сражается с драконами (читайте – Мировым чудовищем, кем бы оно ни было). По сути дела, это единый индоевропейский миф о битве героя (бога) с мировым чудовищем, желающим погубить мир людей. Это скандинавский Рагнарек. Кто же это чудовище? Оно до предела зооморфно, оно несомненно принадлежит подземному миру Нави. Платов проводит параллель между юным богатырем (коровьим сыном) и славянским богом Велесом, а также его скандинавским аналогом, Одином. Но и у Одина и у Велеса также есть признаки хтонического происхождения: Один, при всей его респектабельности (он бог магии, покровитель поэзии, доставший для асов мед поэзии) является хозяином Вальгаллы – того света для душ погибших воинов-героев, он без вреда для себя спускается в Хель, обитель мертвых. Добывая мед поэзии, он запросто обращается в змею. Его облик несет признаки асимметрии, характерный для порождений Тьмы. Дьявол хром, часто одна его бровь изображается с крутым изломом, а глаза разные, у бабы яги одна нога костяная, Хель, повелительница скандинавского мира мертвых ужасна обликом: одна половина ее цвета мяса, а вторая – синяя, мертвая. Велес является скотьим богом (и мать его корова), и в Велесовы (самые мрачные) дни зимнего солнцеворота славяне традиционно рядились в звериные шкуры и рога. Иван же при его вполне человеческой наружности – коровий сын. Т.о. налицо дуальность, двойственность их природы. На Калиновом мосту происходит битва на грани миров Яви и Нави, Света и Тьмы, Прошлого и Будущего, старого бога-чудовища с юным богом-человеком, старой ипостаси с новой. Битва Одина с самим собой же. Принесение в жертву себя старого, чтобы возродиться новому. Бой на Калиновом мосту, Рагнарек и жертва Одина, висящего девять дней на Мировом древе, соединяющем все миры, в том числе Мидгард (Явь) и Хель (Навь). Все это личины одного и того же события – смерти старого для жизни нового.

Кем же сойдет с Древа Мира юный бог, мудрый и столь претерпевший? Закончатся ли на этом его превращения? Настанет ли после его возрождения просветленное царствие духа на земле? Об этом расскажет следующая руна – Перт.

Смысл руны, таким образом, в обозначении некоего важнейшего рубежа в жизни, в освобождении духа от своих материальных оболочек, в поиске своего настоящего дома, мира. Иваз традиционно относится к рунам прибоя, и ее древние скандинавы изображали на носу своего судна, чтобы вернуться домой. Возвращение домой в самом широком смысле, к себе, к своим внутренним смыслам – это содержание Иваз. Руна Тиса тринадцатая в старшем Футарке. Двенадцать предыдущих символизировали законченность, гармоничность круга. Иваз нарушает эту гармонию, выбивает почву из-под ног, выводит на новые уровни, в новые пласты реальности. Она по сути дела отсылает нас в Изначальную Бездну, с которой генетически связан Иггдрасиль. Поэтому формой психологической защиты от влияния руны в данном случае может быть симбиоз, зависимость, связанность с чем-то более поверхностным, но также ведущим в Бездну – алкоголем, наркотиками, сексом, игрой.

По поводу грани освобождения духа от материальных оболочек нам рассказывает процедура посвящения сибирского шамана. Есть несколько признаков настоящего шамана: иногда его наследственность, особенности психической жизни, склонность к измененным состояниям сознания, нередко эпилепсия. Но шаманом человек становится только тогда, когда во сне, грезе или ином измененном состоянии сознания в символической форме пройдет испытание в виде терзания его плоти, нередко расчленения тела какими-то силами, вываривания в котле (опять котел – Бездна), освобождения костей от плоти. Как мальчик Бастиан расстался со всеми дарами Фантазии перед источником Живой Воды, стал тем, кем был рожден, во всей своей простоте и гениальности, так и тот, кто получает руну Тиса, принимает с ней возможность оставить шелуху всех своих прежних иллюзий, обнажив сокровенную сердцевину, слив ее с осью мира.

В возрастной периодизации это и начало и конец, провал в Вечность. По-другому сказать невозможно, не пройдя сего этапа. Может соответствовать началу духовного перерождения после того, как человек посмотрел в лицо смерти. В годичном календаре – зимний солнцеворот, поворот на новый год, весну, период с 23 декабря по 6 января. В гороскопе – Козерог.

Мантика и магия. Получая Эйваз, мы имеем возможность и необходимость, оставшись без своих оболочек и даже без своего хребта, соприкоснуться с осью миров, слиться с ней, нанизать себя на нее, задержать дыхание в прислушивании к тайне своего существования, самой сердцевине своего бытия, остаться в полном одиночестве, провалиться в Бездну. При этом Эйваз обеспечивает защиту. Тот, кто висит на древе мира, защищен им же на период принесения этой жертвы. Отдаться ли этому процессу - вопрос доверия к миру и себе самому.

К силам руны Тиса традиционно прибегают тогда, когда необходимо постичь тайны жизни и смерти, обрести мудрость, защиту от неверных решений и ложных поступков. Графическое изображение руны напоминает Лагуз – руну интуиции, только зеркально продолженную и развернутую на сто восемьдесят градусов. Т.о., любое ее положение является прямым. И если Лагуз обращена вверх, к источнику светлых сил, то Эйваз в равной степени связывает нас как с «пентхаусом», так и с подвалами и подземельями мироздания и собственного внутреннего мира.

14. Перт. Руна Непознаваемого, магического посвящения через прохождение состояния психической смерти

Король умер. Да здравствует король! *** «А может быть, на наших глазах как бы стихийно возникает совершенно новая компонента человеческой цивилизации, новый образ жизни, новая самодовлеющая культура. И тогда кровь, боль, нечистота - роды! Младенец непригляден, даже уродлив, он вопит и гадит, но он обречен на рост, и в обозримом будущем он обречен занять свое место в структуре человечества». (А. и Б. Стругацкие «Отягощенные злом»).

Принцесса-коза (сказка Мити Соколова)

Жила-была прекрасная королева, которая любила красивые наряды, приятную беседу и вкусную еду. Дни и ночи свои она проводила в пирах и развлечениях. И вот однажды она поехала со своей свитой в далекий лес. Там они расстелили скатерти на траве, разожгли костер и стали пить вино и жарить мясо молодого козленка.

Тем временем мимо них проходил великий бог диких чащ и полей, козлоногий Пан. Он играл на свирели и не обращал внимания на королевский пикник. Увидев его, королева стала громко смеяться, а вслед за ней стали смеяться ее придворные. Пан и вправду был некрасив, весь поросший косматой шерстью, на ногах у него были копыта, а на голове рога. Ко всему тому, он еще и прихрамывал на левую ногу.

Когда Пан услышал смех и увидел направленные на него трясущиеся пальцы, он очень нахмурился, а потом издал свой знаменитый крик, сеющий в сердцах панический ужас. Придворные в ужасе разбежались, но сама королева, сильная и смелая женщина, осталась сидеть, где была. Пан приблизился к ней и сказал:

- Ага, королева, тебе кажусь отвратительным я, дух лесов и гор. Что ж, ты еще налюбуешься на рога и копыта почище моих! Отныне каждый понравившийся тебе мужчина, приблизившись к тебе, будет превращаться в козла. И твоим дочкам, и дочерям их дочек, из рода в род передастся это заклятие!

Пан исчез в лесу, а с королевой все так и вышло. Каждый понравившийся ей мужчина, не успевал он зайти в ее покои, превращался в козла. Королева, конечно, горевала, но делать было нечего. От одного из таких козлов она родила дочку, и та унаследовала материнское заклятие, и учила через много лет свою дочь (чтобы девочка не расстраивалась), что так уж устроен мир, все мужики – козлы.

У той дочки родилась своя дочь, у той – опять дочка. Эта принцесса, выросшая в прекрасную девушку, с детства любила цветы, траву и деревья. Ее мама, по семейной традиции, рассказывала ей, что все мужчины – козлы, и принцесса вскоре начала в этом убеждаться. Из-за ее красоты и симпатичного характера мужчины так и толпились вокруг нее; и те из них, кто принцессе нравился, скоро начинали блеять и скверно пахнуть.

Принцесса, в отличие от своей мамы и бабушек, никак не могла смириться и выйти замуж за какого-нибудь козла. Всех своих блеющих женихов она собирала на заднем дворе дворца, так что со временем так образовалось здоровенное стадо. А перед дворцом принцесса выращивала вкусную капусту, чтобы подкармливать своих несчастных ухажеров.

И вот однажды принцесса сидела в своей комнате и увидела прекрасного принца, который шел по дорожке к ее двери. Залюбовавшись его красотой, принцесса совсем забыла о заклятии, а потом он постучался в дверь – и было уже поздно: прекрасный принц превратился в козла. В отчаянии принцесса вскрикнула, а потом схватила какую-то вазу и со всех сил грохнула ее о зеркало, которое висело на стене. Зеркало разлетелось вдребезги, и в ту же секунду принцесса начала ощущать странные превращения в теле. Ее ноги стали очень легкими и сильными, а в голове появилась какая-то восхитительная крепость… Через минуту из комнаты принцессы выбежала самая настоящая коза, которая помчалась по следам полюбившегося ей принца.

***

Принцесса-коза оказалась отличной козой, которая прекрасно жила и наслаждалась жизнью. Она весело скакала по лесам и полям и жевала свои любимые цветочки и листочки.

Тут-то и увидел ее Пан, козлоногий бог диких чащ. Он залюбовался молодой козой, а потом побежал к ней. А принцессе какое-то звериное чутье велело убегать. И вот они побежали – она впереди, а он за ней. Бежали они долго, но Пан никак не мог ее догнать. Наконец он совсем выдохся и взмолился:

- Не убегай! Я исполню любое твое желание! Я сотворю любое чудо! Только не исчезай, красавица!

И тут принцесса-коза задумалась. Думала она долго, пережевывая случайно попавшийся василек. И наконец объявила Пану свою волю:

- Пан, мне нужно Настоящее Чудо! Понимаешь, настоящее, не маленькое!

- Ну говори же, - сказал Пан.

- Итак, - сказала принцесса-коза, - я согласна войти в твою свиту и следовать за тобой. Но! Я так же хочу быть принцессой во дворце, причем настоящей принцессой, и чтоб никаких больше козлов и заклятий! А теперь скажи мне, о великий Пан – ты можешь совершить такое чудо или это так же трудно, как догнать меня?

Да, - сказал Пан, - будь по-твоему. Конечно, обычно так не делается, но для тебя, о прелестница, нет никаких преград. Ты только не болтай об этом и не приближайся к дворцу.

И чудо свершилось, Настоящее Чудо. Во дворец вернулась прекрасная принцесса, еще краше, чем была. Там на заднем дворе она обнаружила целое войско расколдованных женихов. Из них она создала шикарную гвардию, с помощью которой покорила соседнюю страну злого колдуна. А потом, разослав повсюду гонцов, нашла поразившего ее принца, из-за которого когда-то разбила зеркало. Они счастливо сыграли свадьбу. На месте капустных грядок перед дворцом молодая королева насадила красные розы. И иногда – совсем редко – она выходила посмотреть, как бегает по горам и лесам дикая и вольная коза, подруга великого Пана.

Косы принцессы

(мое продолжение сказки Мити Соколова)

Хорошо жила принцесса со своим прекрасным принцем, всего было у них в достатке – любви, восхищения друзей и зависти врагов. Принц успешно воевал с зарвавшимися соседями, границы его владений расширялись. Вот только одно огорчало счастливую пару - детей у них не было.

Принцесса стала чаще похаживать в лес, и, прячась за деревьями и затаив дыхание, следила за легкими и грациозными движениями козы - подруги Пана. Иногда она видела и самого Пана, к которому коза подбегала и ласково терлась о его косматые ноги. Принцесса содрогалась от отвращения, но не могла оторваться от этого зрелища. Потом она убегала к себе во дворец, но продолжала видеть козу с Паном. Она смотрела на своего принца, но это не помогало ей. Молодой принц заметил ее отлучки. "У принцессы тайна, - подумал он, - и она не хочет поделиться со мной. Так я узнаю ее сам". И принц выследил принцессу во время очередной отлучки, и вслед за ней пришел в лес. Принцесса уже нашла подругу Пана и как завороженная смотрела на нее. Тогда принц вскинул ружье и выстрелил в козу. Раздался стон раненого животного и почти одновременно крик принцессы. Принцесса в ужасе взглянула на принца, метнувшись было к нему, но тут же кинулась к раненой козе, и опять к принцу. Он стоял молча и ждал. В конце концов принцесса, бросив на него прощальный взгляд, подбежала к козе и упала на нее. Принц видел только вспышку света, ослепившую его. Когда он смог снова видеть, коза уносилась прочь, и ее золотые косы развевались по ветру. Косы принцессы…

Прошел год со дня исчезновения принцессы, но принц так и не смог ее забыть. Ни одна женщина не смогла надолго увлечь его, и, глядя на них, он видел косы убегающей козы. Тогда он решил найти ее. И отправился в лес. Долго ему пришлось идти одному через чащобы и болота, через буреломы и земляничные полянки. Иногда он видел пасущихся коз, но ни у одной из них не было кос принцессы. Он привык спать на земле, подстилая лишь траву, питаться кореньями и ягодами, оброс и редко мылся. Одежда его истрепалась, повисла лохмотьями и однажды, взглянув в чистый ручей, он увидел там незнакомое одичавшее существо. Из его груди вырвался крик боли. Он вскочил и побежал, что было силы и куда глаза глядят. Когда его силы стали иссякать, впереди что-то знакомое золотом мелькнуло. Косы принцессы…Силы принца от этого возросли троекратно. Он стремительно побежал и вскоре догнал козу с золотыми косами. Она забежала в синий сумрак глубокой пещеры, остановилась наконец и, обернувшись, ждала его.

Они жили душа в душу в синей пещере. У него выросли рожки и копыта на ногах, он любил перебирать длинные золотые волосы принцессы-козы и заплетать их в косы. Там родился их сын, чудесный маленький козленок с золотистыми завитками на крутом лобике. И все бы хорошо, да только иной раз одолевала принца-фавна и принцессу-козу тоска по миру людей, откуда оба они были родом. Увидел как-то принц черного ворона, который грянулся оземь и превратился в добра молодца. Принц-фавн спросил его:

- Научи, сделай милость, как ты это делаешь.

Ответил ворон:

- Нет ничего сложного. Ты просто думаешь о том, кем хочешь стать и больно стукаешься о землю. Так, чтобы искры из глаз посыпались. Тебе легче – ты и так наполовину уже такой, как надо.

Поблагодарил его принц-фавн и пошел к принцессе-козе. Он рассказал ей о том, что они смогут стать снова людьми, если захотят. Она обрадовалась, и они вместе с козленочком своим грянулись о землю, аж искры из глаз посыпались. А когда глаза открылись, они увидели друг друга. Принцесса была как прежде прекрасна, принц силен и суров, а их сынишка походил на прежнего козленочка только золотистыми завитками на крутом лобике.

Во дворце их никто не узнал, там уже были новые принц с принцессой. И они пошли бродить по свету, нашли себе небольшую деревушку возле леса, принц построил домик, в котором они стали жить. Вокруг дома у них росли красные розы (очень красивые) и зеленая капуста (очень вкусная). Сын в детстве предпочитал капусту.

Ключевые слова:поиск, Непознаваемое (то, что скрыто). Происходят от готского Painthra – «то, что скрыто». Скрытое непознаваемо до тех пор, пока не откроется миру и свету, не родится в него.

Перт – целящая руна. В ее утробе совершаются чудеса преобразования и появления новой жизни. Принцесса, будучи несчастной в качестве человека, обретает запретное прежде счастье в образе козы, и не просто счастье, а возможность стать матерью, т.е. соединиться со своей животной, природной сущностью, отвергнутой ранее в силу предрассудка (врожденной антипатии к «козлам»). В теплом мраке синей пещеры совершилось таинство рождения ребенка и выхода в мир людей.

Литературные соответствия Перт многочисленны. В сказке Ершова «Конек-горбунок» Иван-дурак выходит из чана с кипящим молоком красавцем писаным, а старый, зарвавшийся царь сварился. Такая же участь ждет и царя Додона из сказки Пушкина о золотом петушке. Это сказки о тех, кто жаждет изменений, не вложив предварительных усилий, не имея достаточных оснований, мечтающих о великой халяве (в этом коварство Перт). А вот в истории о волшебнике Изумрудного города (страны Оз) совсем другой расклад. Там герои достигают своих желаемых целей, вложив в их достижение труд пути и интуитивно чувствуя в себе семя будущих изменений. Лев изначально царь зверей, а Страшила соображал всегда неплохо - хоть соломой, хоть иголками с булавками.

Метафорически это также возрождения птицы Феникс из пепла, возможность глобальной трансформации. Вместо с тем Перт считают руной достаточно коварной, не дающей гарантии однозначного изменения. Ведь родила же нимфа Дриопа от Гермеса страшненького рогатого-бородатого и копытного Пана, и в ужасе бежала от него, Персефона родила от Зевса рогатого младенца Загрея, которой впоследствии через перерождение Семелой и Зевсом оказался Дионисом. Но, как сказано, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Кроме того, откуда нам знать, что есть «хорошо» на самом деле?

Традиционно многие исследователи рун видели в Перт нечто вроде сосуда-стаканчика, в котором перемешивают игральные кости перед тем, как вытащить жребий. А из эддического наследия мы знаем, что асы на своем Идавёлль-поле в Асгарде забавлялись игрой в золотые тавлеи (игра, подобная шахматам). Игра – модель жизни, фигурки-тавлеи потом обретают реальную плоть. Поэтому считается, что Перт покровительствует игре, азартным игрокам, риску.

Перт это последний всплеск царства Нави, исторгающей из своего лона юного бога, в каком бы обличье он не появился. Роды. Рождество. Утроба, печь, древний обряд перепекания неполноценного ребенка. Лабиринт Минотавра, поглощающий многих, выпускающий героев. Иона в чреве кита, Красная Шапочка в чреве Волка. Рождение спасителя, Иисуса Христа. В каком-то смысле Перт это чаша Святого Грааля, в ее соотнесении с котлом смерти и рождения (Антон Платов), Изначальной Бездной. А так же это Святой Грааль для психологов и психотерапевтов, вожделеющих второе рождение.

Особенности христианской символики состоят в том, что Христос подчеркнуто антропоморфен уже с момента рождения. Однако Аниэла Яффе в статье «Символы в изобразительном искусстве» рассказывает нам о том, что образы животных все же играли в христианстве немалую роль. Так, евангелисты Святой Лука, Святой Марк и Святой Иоанн символизируются соответственно следующими животными: быком, львом, орлом. Только Святой Матфей имеет облик человека либо ангела. Сам Христос упоминается в священном писании как агнец божий, а так же символически предстает в виде рыбы (у ранних христиан), змеи, вознесенной на крест, льва, изредка, единорога. В рождественском сюжете Христос находится в яслях рядом с ягнятами. А. Яффе пишет: «Мы чувствуем, что дочеловеческое, как и сверхчеловеческое, должно относиться к божественному…».

Поэтому нет ничего удивительного в том, что обновленный мир начинается предельно просто, примитивно, ведь у него еще так много времени впереди, чтобы вырасти, пройти поочередно все этапы становления. И козленок лишь символ этой простоты по сравнению с таким сложным микрокосмом как человек.

В данном сюжете «козлиная» тема странным образом перекликается с андерсоновскими сказками «Девочка со спичками», «Ангел», да и «Русалочка», в которых герои не выдерживают борьбы за свое существование (растворяются в глубине Перт), но Андерсен верил, и вслед за ним хочется верить в то, что их путешествие не закончилось. В этих сказках трансформация на материальном уровне произошла необратимая, но исполненная возвышенной и щемящей одухотворенности, ни с чем не сравнимого света и тепла, которого жаждет каждая живая душа. Русалочка превращается в одну из дочерей воздуха, и через некоторое время сможет обрести бессмертную душу. Души девочки со спичками и умершего ребенка из сказки «Ангел» отлетают к богу, к душам тех, кто любил их при жизни.

В дальнейшем мы увидим, как наш герой будет постепенно терять зооморфные черты, по мере своего роста и развития, и становиться все более антропоморфным и удаляющимся от своей животной природы - до следующего периода трансформации, когда ему понадобится такое свойство, как плодородность.

Чтобы осуществить Перт, нужно не бояться умереть в символической форме. Это не имеет ничего общего с суицидом, как полным уходом из жизни. Напротив, если дети воспитаны в канонах инициатической культуры, зная о возможности символического, психического перерождения, то они защищены от рокового исхода. Перт символизирует разницу между синей Бездной, в недрах которой теплится новая жизнь и черной дырой гравитиционной ловушки, в которую обваливаются безвозвратно. Хотя и последняя имеет шанс однажды вспыхнуть сверхновой.

В рунической возрастной периодизации это рождение человека или его духовное перерождение. Что же касается календарных параллелей, то в представленном рунном календаре период Перт начинается примерно 7 января и длится по 22 января. В гороскопе – Козерог. Дж. Фрезер в «Золотой ветви» сообщает следующее. Ранние христиане Рождество не отмечали, и в Евангелиях нигде не упоминалось о дате рождения Христа. Потом египетские христиане стали отмечать этот праздник шестого января, и этот обычай к четвертому столетию распространился на весь тогдашний христианский мир. Однако Западная церковь отказывалась принять и узаконить этот обычай. Взамен этого она установила в качестве подлинной даты 25 декабря, что позднее приняла и Восточная церковь. Почему именно так? Фрезер цитирует одного сирийского автора христианского вероисповедания: "Отцы церкви перенесли празднование с 6 января на 25 декабря вот почему. У язычников был обычай того же 25 декабря праздновать день рождения солнца, в честь которого они зажигали огни. Христиане также принимали участие в этих торжествах. Когда церковные власти поняли, что христиане сохраняют пристрастие к этому празднику, они посоветовались и решили, что настоящее Рождество должно отмечаться 25 декабря, а 6 января - праздник богоявления (эпифании). Вот почему сохранился также обычай жечь свечи до 6 января".

Блаженный Августин увещевал братьев и сестер во Христе праздновать этот день не как языческий праздник рождения солнца, т.е. не ради самого солнца, а ради Того, кто сотворил солнце.

Мантика и магия. В прямом положении руна говорит о возможности обновления после стряхивания с себя родовых оболочек, это может соответствовать в своих крайних проявлениях психической смерти-возрождению, второму рождению личности. Но руна может выпасть и по поводу гибели одной из иллюзий, одного аспекта кармического хвоста. Масштабы ее могут быть различными. Но в любом случае она способствует приведению нас к очень простой форме, с которой хорошо начинать новый процесс развития. Это похоже на то, как человек прозревает после операции замены хрусталика, мир представляется ему потрясающе ясным и как бы новым, никогда не виданным. Человек заново учится ходить после инсульта. В динамической медитации или во время холотропного дыхания нередки переживания приземленности, отождествления себя с кем-то ползающим, даже доисторическим; после этого странно подниматься вновь на ноги.

«Шагни, и еще раз», - твердил мне инстинкт

И вел меня мудро, как старый схоластик

Чрез девственный, непроходимый тростник

Нагретых деревьев, сирени и страсти.

«Научишься шагом, а после хоть в бег,» -

Твердил он, и новое солнце с зенита

Смотрело, как сызнова учат ходьбе

Туземца планеты на новой планиде. (Б. Пастернак)

Обратное положение руны наиболее вероятно связано с проблемой появления нового из-под груды старых заблуждений, страхов. Но как бы мы не упирались, прошлое уже не вернуть, не заключить цыпленка обратно в яйцо, а дитя живым задержать в утробе. Оно неумолимо просится наружу, к солнцу, к свету, к воздуху, жизни. Так стоит ли находиться у него на пути ценой собственной жизни?

Использование руны в магии (по А. Платову) связано с ее способностью вызывать акт психической смерти и перерождения. Однако автор предупреждает, что Перт дает фактор риска и непредсказуемости в результатах волшбы. Вообще практика призывания больших сил связана с большим риском. В этом нужно отдавать себе отчет. Но если в результате гадания Перт все же досталась вам, то вряд ли стоит идти на попятный. Так же Перт может помочь в ситуациях, связанных с риском, игрой (в древней традицией), нахождением потерянных вещей. Стоит предупредить игроманов – Перт может показать свою спину, если попробовать ее эксплуатировать как свою собственность. Она быстро покажет, кто в доме хозяин. Это снова фактор трикстера – Локи.

15. Альгиз. Руна высшей защиты. Призывание богов. Начало Прави

«Береженого бог бережет.» (рус. посл.)

Первобытная сказка

Ахка тихо выскользнула из-под мехового полога жилища их большой семьи. Еще некоторое время она прислушивалась к ровному дыханию ее младших сестер и братишки Урфа, матери, к храпу отца, тихим постанываниям бабушки Аски. Она нарушала запрет покидать селение в ночное время и без ведома старших. Тем более, что ее целью был лес – место, в которое женщинам, кроме мудрых старух, не было доступа. Но сегодня она не могла заснуть и только притворялась спящей. Мысль побывать ночью в лесу в последнее время стала навязчивой. Другие девочки ее возраста жили куда проще – им доставляло удовольствие скалить свои зубы и сверкать глазами при виде молодого охотника, который, заметив эти знаки внимания, по-особенному приосанивался и расправлял плечи, победоносно косился на девчачье племя, которое теперь изо всех сил старалось над вкусными зернами, растирая их камнями. Каждая из них знала, что пройдет небольшое время, и из соседнего племени к ним на смотрины придут люди. Это будут несколько старших охотников и молодых мужчин, которым пришло время жениться.

В тот день в селении будет праздник – на больших кострах женщины приготовят много жареного мяса и вкусных кореньев, испекут лепешки и рыбу в ароматных листьях. А молодежь будет танцевать и показывать друг другу свои достоинства и красоту. Потом несколько девушек, выбранных молодыми охотниками и сумевших их догнать в состязании на скорость, станут невестами. Стать женой своего было нельзя: у тех, кто ослушались старших и родили от своего, дети часто умирали рано или были уродливы.

Смотрины продолжались до тех пор, пока тьма не опускалась на мир, и не зажигались светильники ночи. Их много, бесконечно много, и Акха часто рассматривала их узоры. Каждую ночь они были одними и теми же. Акха научилась их узнавать. А охотники умели по светильникам определять дорогу в лесу, чтобы вернуться домой после удачной или неудачной охоты. В ночном небе был еще один огромный светильник, который в отличие от маленьких, все время менялся. На несколько дней время от времени он пропадал совсем, а потом появлялся в виде ярко-желтой изогнутой полоски, похожей на лист режущего руки растения. Постепенно полоска полнела, наливалась, пока не становилась совсем полной, как человеческое лицо, правда, не любого человека, а как у Быу, самого толстого человека племени. И на этом лице Акха даже видела глаза и другие черты. В те дни, когда светильник был таким, ей становилось особенно тревожно, грудь теснили непонятные ей чувства, хотелось даже завыть, как это делали собаки. И еще хотелось куда-то далеко убежать. В лес, про который она знала столько страшного. Там водились звери, встречи с которыми не боялись только прошедшие посвящение охотники. Женщинам нечего было и думать о том, чтобы пойти туда в одиночку. Только мудрые старухи, которые когда-то прошли свое посвящение, знали, как туда ходить за корнями растений и цветами, которыми лечили людей от невесть откуда вз


otsutstvie-kreditnogo-richaga.html
otsutstvie-otklonenij-v-pokazatelyah-soderzhaniya-kalciya-i-fosfora-v-krovi.html
    PR.RU™